Реакция Сильваны на смерть Артаса

Понравился наш сайт? Ваши репосты и оценки - лучшая похвала для нас!
Пожалуйста, оцените материал:
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
x2

Королева банши Сильвана, безусловно, ненавидела Короля-лича. Она всегда хотела отомстить ему за себя, свой народ и разрушенное королевство. К сожалению, ей не удалось собственноручно нанести решающий удар, однако она побывала у Ледяного Трона вскоре после гибели Артаса.

После битвы у Ледяного Трона Сильвана в одиночку поднялась на вершину Цитадели. Не сдерживая кипевшую внутри ярость, она прокричала проклятия в адрес Артаса и пнула его расколотый доспех так, что он упал к подножию крепости. Когда же Сильвана немного успокоилась, она заметила фигуру, сидящую на троне.

Вначале она подумала, что герои, убившие Артаса, посадили его тело на трон как напоминание о поражении Короля-лича, но потом она подошла поближе и увидела, что ошиблась. На троне сидел Болвар, и это открытие вновь взбесило бывшую предводительницу следопытов. Она бешено заколотила по ледяному барьеру, окружавшему Болвара, пока лед не начал трескаться. Сильвана была рада смерти принца-предателя, но при этом она видела перед собой нового Короля-лича…

Когда гнев Королевы банши сошел на нет, она все же почувствовала удовлетворение. Тот, кто принес так много зла ей самой и ее народу, отплатил за это собственной кровью. Артас был мертв, и цели, которую она перед собой поставила, больше не существовало.

Сильвана подошла к краю платформы. Далеко внизу, у подножия башни, блестели шипы саронита. Она понимала, что падение не было бы для нее смертельным, но застывшая кровь Древнего Бога могла бы даровать ей вечный покой, уничтожив не только физическую оболочку, но и оскверненную душу. Сильвана сняла лук, опустошила колчан, закрыла глаза и приготовилась к прыжку, но в этот момент валь’киры, плененные Королем-личом и обитавшие на вершине Цитадели, послали ей видения.

Сильвана увидела себя в молодые годы. Тогда она была еще жива и командовала следопытами Кель’Таласа. В своем видении она надевала доспехи и спешила на встречу с отрядом. Это была жизнь, которую она так любила и которую у нее отняли.

Второе видение выглядело куда менее радужно. Лес, принадлежавший эльфам, атаковала Плеть, почти все следопыты были убиты и обращены в нежить. Сильвана видела вторжение Плети в Кель’Талас. Тогда к ней обратился один из оставшихся в живых союзников. Он сказал: «У нас осталось не так много сил, нам не выжить! Следопыты не могут сдерживать столь сильный натиск!» Сильвана ответила: «Нам нужно время, чтобы укрепить оборону Солнечного Колодца. Следопыты – это стрелы в колчане, и нам придется их потратить, если мы хотим победить». Хладнокровие и жестокость? Нет. В Сильване говорил дух воина, и она руководствовалась суровой необходимостью... по крайней мере, ей так казалось.

В последнем видении Сильвана только что освободилась от власти Короля-лича и подняла мятеж. Она стояла в окружении сотен Отрекшихся, которые выкрикивали ее имя и смотрели на нее с надеждой. Сама Сильвана не чувствовала ничего, кроме холода в душе. Она оглядывалась по сторонам и думала: «Стрелы… Все вы лишь стрелы в колчане, и одну из этих стрел я пущу в сердце Артасу». Остался ли в ней дух воина? Пожалуй. Она была уже мертва, но осталась верной себе и после смерти.

Видения рассеялись, и Сильвана увидела, что вокруг нее собрались валь’киры. Воспоминания, которые она пережила, пришли к ней не по ее воле. Валь’киры вытянули их из сознания Королевы Отрекшихся, чтобы получше ее узнать и испытать. Разъяренная Сильвана приказала валь’кирам держаться подальше и громко крикнула, что ей не нужен суд, особенно со стороны отвратительной нежити. С этими словами она повернулась обратно к краю платформы, вновь подумала о смерти Артаса и своем нежелании вести за собой армию гниющих трупов-Отрекшихся. У нее больше не было цели, поэтому она сделала шаг и упала вниз, к подножию Цитадели, прямо на ледяные саронитовые шипы. Она хотела лишь одного – умереть по-настоящему.

Но едва Сильвана соприкоснулась с шипами, ее посетило еще одно видение. Она увидела, что произойдет с Отрекшимися, если она от них откажется. Перед ней простирался разрушенный Подгород. Король Вариан вместе со своей армией уже пробрался внутрь. Альянс развел костры прямо на стенах, и в тех кострах уже горели трупы... Поначалу Сильване показалось, что Альянс таким образом расправлялся с ее людьми, но потом она поняла, что Отрекшиеся сами прыгали в костры, чтобы не попасть в руки палачей. Сильвана решительно не понимала, как ее подданные могли проявить такую слабость.

Видение рассеялось, и Темная госпожа оказалась где-то между жизнью и смертью. Рядом с ней кружили валь’киры с вершины Цитадели, но вместо призрачной формы они выглядели точно так же, как и до смерти.

- Что я только что увидела? - спросила Сильвана.

- Каждая жизнь оставляет за собой след. Это был твой след, - ответила одна из валь’кир. – Это то, что случится, если ты откажешься вернуться в мир живых. Твой народ останется без вождя, и Гаррош будет безраздельно им властвовать.

- Почему вы не даете мне умереть?

- Мы хотим, чтобы ты увидела последствия. Последствия твоей смерти.

- Я сделала свой выбор!

- Твой народ погибнет.

- Пусть гибнет, мне все равно!

Девять валь’кир смотрели на Сильвану с невыразимой скорбью. Затем предводительница валь’кир Аннигильда сказала:

- Сильвана Ветрокрылая, забвение, которое ты ищешь, прямо перед тобой. Иди к нему навстречу, мы не будем тебя задерживать.

Валь’киры исчезли, и Сильвана наконец почувствовала, что исчезла и растворилась в небытие, но то, что она увидела после, никоим образом не напоминало вечный покой. Рядом с ней оказались темные духи, которые подступали со всех сторон, вопили и стонали на разные лады, но даже через этот душераздирающий вой Сильвана услышала голос Артаса – того, каким он был много лет назад. Он тоже попал в этот ад и расплачивался за свои грехи. «Так вот что меня ждет – вечность, полная ужаса и бесконечных мук», - подумала Сильвана, но вдруг снова увидела валь’кир. Аннигильда объяснила, что они не смогли избавиться от власти Короля-лича и нуждались в помощи. Валь’киры избрали Сильвану новой хозяйкой и хотели заключить с ней договор, чтобы освободиться от рабства. Они хотели жить вместе с Темной госпожой и покинуть этот ад вместе.

Сильвана приняла предложение, и во тьме появился свет. Она пробудилась и увидела, что ее тело снова цело, а рядом с ней стоят восемь призрачных валь’кир. Девятая валь’кира, Аннигильда, заняла место Сильваны в аду.

Позже, во время атаки на Гилнеас, Гаррош велел Отрекшимся первыми отправиться в пролом в стене, потому что те были «прочнее» и могли выдержать больше выстрелов и атак в ближнем бою, чем живые солдаты. Гаррош хотел, чтобы защитники Гилнеса потратили свои ресурсы на нежить, а не на гвардию Кор'крона. Эта тактика могла сослужить хорошую службу Орде, но для Отрекшихся это было чистое самоубийство. Гаррош выступил с воодушевляющей речью и призвал армию двигаться вперед, а затем скомандовал: «Оружие на изготовку!»

«Отставить!» – прозвучал голос издалека. Все повернулись и увидели Сильвану, которая осмелилась бросить вызов Вождю Орды. Тот немедленно направился к Сильване, глаза его застилала слепая ярость. Многие солдаты поспешно отступили подальше, но Королева Отрекшихся даже не моргнула.

- Кто ты такая, чтобы мне возражать? – взревел Гаррош.

Сильвана откинула капюшон и направила на него взгляд, полный ярости. Что-то в этом взгляде ужаснуло всех, кто его увидел, включая Гарроша.

- Когда-то я была такой же, как ты. Те, кто служил мне, были лишь стрелами в моем колчане. Я видела Тьму. Я была в мире мертвых. Что бы ты ни сказал, что бы ты ни сделал… я этого не боюсь.

Волк Гарроша попятился, и Вождь поспешно убрал топор за спину.

- Хорошо, Темная госпожа. Мы возьмем Гилнеас по-твоему.

Новая Сильвана больше не считает свою армию безликим орудием. Это ее народ, который заслуживает правильного отношения, и пока она жива, никто не посмеет послать Отрекшихся на верную смерть.